Украина наш дом

"Самая большая ошибка врага в том, что он думает, будто мы одинаковые": кинооператор Ярослав Пилунский в программе "Точка опоры"

Ярослав Пилунский — кинооператор, режиссер, клипмейкер, лауреат Шевченковской премии и участник объединения "Вавилон'13". Родился в Симферополе. Работал над фильмами "Братья. Последняя исповедь", "Вий", "Ґудзик". Снимал клипы для Тины Кароль, Христины Соловий, групп KAZKA, ТНМК, The Hardkiss. Основатель Всеукраинской творческой лаборатории кино- и медиаобразования для детей и подростков "Желтый автобус". В 2014 году отправился в Крым снимать аннексию полуострова и попал в плен. В 2022-м пошел добровольцем на фронт. В июле при выполнении боевого задания получил ранение.

Отец Ярослава Леонид Пилунский — заслуженный журналист Украины, депутат Верховной Рады Автономной Республики Крым V созыва, избранный от Крымской краевой организации Народного Движения. 

В авторском проекте Светланы Леонтьевой "Точка опоры" Ярослав Пилунский рассказал о кинематографистах на фронте, пленении в Крыму в 2014 году, ранении под Лисичанском и образовательном проекте для детей из прифронтовых районов "Желтый автобус".

Книги спасли от попадания снаряда

— Где вы встретили страшное утро 24 февраля?

— Я чувствовал войну и готовился к ней. Но у меня была работа в Риме, снимали фильм с итальянским режиссером. За день до того, как я должен был возвращаться в Украину, началась война. Четверо моих сыновей и жена были в Киеве. Когда я вернулся, вывез двух младших из Украины. Старшие остались.

— Как вы решились пойти воевать?

— Первое, что я сделал, — взял камеру и стал снабжать иностранных журналистов информацией и кадрами. Но понял, что мне нужно быть рядом с людьми, которые защищают нашу страну. Журналистов не пускали на передовую, так что было сложно. Мы поехали снимать колонну беженцев. Со старшим сыном осуществляли разведку с помощью дронов. Так начал работать волонтером в ВСУ. У нас собралась команда киношников-разведчиков. 

— В конце июля вы получили ранение на фронте. При каких обстоятельствах это случилось?

— Мне очень повезло. Ангелы-хранители справились. Это произошло возле Лисичанского нефтеперерабатывающего завода во время наступления орков. Они пытались взять в окружение нашу группу. Мы прикрывали "коридор", чтобы наши бойцы безопасно отошли. Были глазами армии, работали на дронах и транслировали командирам подразделений. Однако враги нас вычислили — мы немного пренебрегли безопасностью.

Ангелы нас спасали два дня. Как-то мы были в библиотеке, закрывали окна связанными стопками изданий технической литературы. Вечером прилетел снаряд — пробил в стену в полутора метрах от меня, за стеной из книг, и не разорвался. Я был в облаке технической литературы. Книги буквально спасли мне жизнь — ни царапины. На следующий день прилет был очень близко. Такое обычно кончается контузией. Было и такое, что автомобиль сломался, и мы могли остаться на дороге. Но все же завелся, довез нас до базы и после больше не заводился.

Деятели искусства на поле боя

— Вы записываете то, что сейчас делаете в разведке? Снимаете ли эту войну?

— Веду что-то вроде дневника на GoPro, но донести до зрителя это невозможно. К примеру, когда идет обстрел, я лежу на дне окопа в ожидании прилетов. Понимаю, что это классная мизансцена, но нужно туда камеру и сюда камеру. Но ведь это невозможно. Я не могу не смотреть на это как художник. Однако я все записываю. Сценаристы уже обрабатывают этот материал. 

— После 24 февраля вам звонил кто-нибудь из России? Вы ведь снимали клипы многим артистам.

— Нет, ни с кем не общался. Я все выяснил еще в 2014 году. С украинскими артистами общаемся. Но сейчас я сосредоточен на военном деле и отошел от работы над музыкальными клипами. 

— Встречали на поле боя украинских артистов?

— Однажды под Харьковом волонтеры привезли медицинскую помощь. Когда я искал, куда передать именно эти медикаменты, встретил "на нуле" Тараса Тополю из группы "Антитела". Он парамедик.

Крым и плен

— Вы снимали аннексию Крыма в 2014 году. Почему вас задержали? Как вы оказались в плену?

— Мы знали, что их "референдум" является нарушением международного законодательства, поэтому собирали материал для Гааги. В Симферополе мы зашли снимать "избирательный участок" и немного неосторожно себя повели. Мой напарник снимал на GoPro, россияне принялись ее вырывать из рук. Все переросло в драку. Нас арестовали. Большая часть отснятого материала утеряна.

— Что вам говорили в плену?

— У меня был шок. Нас завели в камеру с простреленным матрасом и кровью на стенах. Казалось, что это какие-тодекорации. Больше было не ужаса, а стыда, что я неосторожно вел себя, из-за чего оказался в плену. Нас допрашивали студенты Симферопольского университета.

— Как вы спаслись из плена?

— Нас обменяли. 

— Что помогает в таких условиях выстоять и выжить?

— Надо как самурай принять то, что это война. Если будешь бояться на поле боя, ничего не выйдет. Просто будешь тратить кучу лишнего времени и энергии. Надо успокоиться и работать.

— В 2014 году ваш отец Леонид Пилунский жил в Крыму. Удалось ли вам тогда увидеться? Что он рассказывал о Крыме того времени?

— Да, мы приехали сразу к нему. Отвели его на конспиративную квартиру, а сами встали на защиту его дома. Мы с ним говорили о том, как Крым будет возвращаться. У него была своя формула. Он понимал, как многонациональное население полуострова может существовать в мире и согласии.

"Желтый автобус"

— Как создался образовательный проект для детей с прифронтовых территорий "Желтый автобус"?

— Мы с командой постоянно экспериментировали. В первые наши поездки, в Марьинку и Красногоровку, просто показывали детям фильм и общались. Собирали полную школу, но на съемку оставалось 20-25 детей. Позже мы сразу собирали только активных творческих детей. У них загорались глаза, они начинали мечтать. Одна из первых, кого мы набрали, стала героиней фильма Ирины Целик "Земля голубая, словно апельсин".

— Сколько экспедиций вы уже организовали?

— 18 уже было. Небольшие длились три дня, бывали и на 10 дней.

Как происходит съемочный процесс с детьми?

— Мы собирались вместе и в двух словах объясняли кинопрофессии, кто от кого и чем отличается. Дальше дети рассказывали, кому что интересно. На другой день они приходили с идеей своего маленького фильма. С этим мы уже работаем, поправляем. У нас нет конкурса. Если трое детей поднимут руки, желая быть режиссерами, они все могут выполнять режиссерскую работу. Но над одним фильмом. Мы поражены происходящим — дети на глазах становятся взрослыми.

Ярослав Пилунский и участники проекта "Желтый автобус"

— Какие темы чаще всего выбирают дети?

— Ни разу мы не работали с темой войны. Они мечтают, смотрят в будущее. Снимают о любви, психологическое кино или фильмы ужасов. У нас был один сценарий из Авдеевки — такого мне еще нигде не предлагали. История о современной Авдеевке, куда прилетает инопланетянин и говорит мальчику, что все вокруг — игра инопланетян. По сюжету, на Земле начали появляться люди со способностями инопланетян и этот парень, мол, один из таких. Он может вылечить свою сестру и еще много чего. Однако для того чтобы остановить войну силы одного недостаточно, нужно собраться вместе.

— Сколько человек задействовано в таком волонтерском проекте?

— Пять человек с нами постоянно, но на каждый лагерь-экспедицию мы собираем большую команду. С нами работало более 200 партнеров. Они предоставляли оборудование на огромную сумму денег бесплатно.

Украина после победы

— По-вашему, насколько изменилось сейчас гражданское общество в Украине?

— Когда был первый Майдан в 2004 году, было ощущение, что украинскому обществу 13 лет. При втором Майдане 16-17 лет. Сейчас на 22 выходим. Можем принимать решения и брать результат.

 — Каким и о чем после победы будет украинское кино?

Об украинцах. Сила у нас всегда была. Но эта энергия была немного прибита пропагандой, воспитанием, школой, институтами. А сейчас встал вопрос выживания. Еще я заметил, что у нас нет ненависти к врагу. Ибо зачем тратить на это время? Хотим только избавиться от них. Самая большая ошибка врага в том, что он думает, будто мы одинаковые.

Предыдущие выпуски "Точки опоры":

Прямой эфир