Украина наш дом

Гарантии безопасности Украины и путь в НАТО: интервью с нардепом Федором Вениславским

Федор Вениславский. Фото: sluga-narodu.com

Вероятность принятия Украины в члены НАТО до окончания войны с Российской Федерацией мала. Главная задача Украины сегодня — усиление обороноспособности, а гарантии безопасности для страны должны содержать конкретные шаги. Россия вряд ли решится на в вооруженное противостояние с НАТО. Об этом в интервью телеканалам "Дом" и UA рассказал народный депутат (фракция "Слуга народа"), член комитета Верховной Рады Украины по вопросам национальной безопасности, обороны и разведки Федор Вениславский.

— Как вы относитесь к формулировке "Украина без НАТО, но с четкими гарантиями безопасности от партнеров"?

— Без внесения изменений в Конституцию Украины говорить о том, что мы отказываемся от каких-то гарантий безопасности, связанных с членством Украины в НАТО, на данный момент нет никаких оснований. Потому что это четкая конституционная норма, и чтобы говорить о других моделях, необходимо внести изменения в Конституцию.

Могут быть параллельные процессы, но отказываться от полноправного членства в НАТО без внесения изменения в Конституцию, мы точно не можем.

Что касается гарантий безопасности. Во-первых, это наши Вооруженные силы, которые смогут эффективно противостоять любому врагу, и прежде всего Российской Федерации, которая стала нашим врагом на длительный период. Это означает, что наши Вооруженные силы должны быть максимально подготовлены, оснащены с точки зрения боеспособности. Думаю, что над этим должен работать и наш военно-промышленный комплекс. То есть это задача внутригосударственная. А мы на сегодняшний день имеем очень много инновационных разработок, наработок в сфере обороны Украины. Их необходимо развивать и воплощать в жизнь.

Это также оснащение наших Вооруженных сил теми видами вооружения, которые нам обещают и начинают предоставлять западные партнеры.

А дальше, это, конечно же, политический и внешнеполитический аспект гарантирования нашей безопасности. То есть то, о чем мы говорили в первый месяц войны. Есть ряд стран, которые выразили готовность быть гарантами территориальной целостности и государственного суверенитета Украины, с ними продолжается работа. Это параллельный процесс вступлению в НАТО, потому что вступление в НАТО — это очень длительный процесс.

Будем надеяться, что после того как Украина стала кандидатом в члены Европейского Союза и в краткосрочной перспективе станет членом ЕС, путь к НАТО будет тоже значительно сокращен. Но, тем не менее, мы должны рассматривать многовариантность гарантирования безопасности. Такими вариантами могут быть и будущее членство в НАТО, и параллельный процесс согласования с некоторыми странами, которые уже сейчас готовы выступить гарантами нашей безопасности.

— Вступление Украины в НАТО возможно лишь на фазе готовности стран Альянса принять Украину, и, возможно, начать военный конфликт с Российской Федерацией?

— Да. Чтобы мы стали членом НАТО, необходимо единодушное решение всех 30 стран-участниц этого договора. Украина даже до 2014 года по сравнению с многими современными странами-членами НАТО, Восточной Европы, значительно более подготовлена и значительно дальше продвинулась в имплементации стандартов НАТО в украинскую систему управления войсками и в сферу безопасности в целом.

Но вопрос о членстве —  это вопрос решения лидеров этих стран, когда они будут готовы принять Украину в свой состав. Конечно, нынешняя война стала еще одним серьезным барьером на пути к НАТО. Даже по риторике многих европейских стран, мы видим, что они беспокоятся о комфортном существовании и о своей безопасности. Хотя и понимают, что Украина на данный момент является рубежом борьбы за те ценности, на основе которых создана эта организация.

Поэтому вероятность принятия Украины в состав НАТО до окончания войны, до восстановления территориальной целостности и государственного суверенитета достаточно мала.

Хотя она не исключается вообще. Поскольку все зависит от того, каким образом будут развиваться события и политика в самой России. Не исключено, что в один момент внутриполитические процессы в России позволят актуализировать вопрос о вступлении Украины в НАТО на этапе военных действий, этот вопрос может быть решен. Тем не менее, эта вероятность очень маленькая.

Поэтому нам необходимо, прежде всего, получить помощь, которая позволит нам самостоятельно восстановить территориальную целостность и государственный суверенитет, а потом уже решать вопрос с приемом в Североатлантический альянс.

— Одинаково ли понимаем мы, в Украине, и наши партнеры, сколько нам нужно помощи, чтобы эти гарантии безопасности действительно работали?

— Стратегически видение точно совпадает. Стратегически. Что касается тактических моментов, это уже вопрос переговоров, которые сейчас продолжаются на всех уровнях.

Но надо понимать, что гарантии безопасности будут итогово сформулированы к концу войны, и они будут касаться уже послевоенного времени. После окончания войны, после установления мира на условиях Украины, думаю, вопрос полноправного членства в НАТО будет стоять уже значительно в другой плоскости. Поскольку сейчас наши Вооруженные силы и вообще сектор безопасности и обороны Украины демонстрируют, что мы точно находимся на переднем крае всех требований, которые выдвигает современная военная доктрина и НАТО к своим участникам. Украина сейчас демонстрирует, что ее Вооруженные силы, государство в целом готово к членству в НАТО.

Поэтому после окончания войны будет более целесообразно говорить об ускорении процесса вступления Украины в НАТО. А полученные гарантии безопасности могут быть субсидиарными гарантиями, которые точно позволят нам быть уверенными, что того, что началось 24 февраля и продолжается до сегодняшнего дня, больше не повторится.

Мы должны понимать, что пока Россия остается сильной, любой мир будет временным. Потому что Российская Федерация всей своей историей и своими действиями демонстрирует, что она не оставит в покое Украину.

Поэтому нам необходимо в этой войне нанести такой урон Российской Федерации, после которого она будет очень долго приходить в себя. Российская Федерация должна потерпеть поражение, и после этого мы можем уже быть членами каких-то коллективных организаций безопасности.

— Украина предлагает выработать гарантии безопасности по принципу статьи 5 Устава НАТО, когда страны-подписанты при новой агрессии должны будут выступить на защиту Украины. Но разве это не подтолкнет Россию к еще большей агрессии в эой войне?

— Вне всякого сомнения, этот шаг России возможен. И он будет возможен, пока мы полностью не восстановим свою территориальную целостность.

Мы видим, что Будапештский меморандум практически не выполнил свою миссию. Поэтому новые гарантии должны быть более действенными чем Будапештский меморандум.

Любые гарантии безопасности Украины, которые мы получим после войны, должны иметь конкретные действия со стороны стран-участниц при любой попытки агрессии в отношении Украины.

Статья 5 договора создания НАТО не содержит императивных требований, она содержит общее миропонимание, которое разделяют все страны-участницы НАТО — нападение на одну из сторон означает нападение на весь блок, и весь блок вступает в войну. Вот такие гарантии должны быть предоставлены и Украине.

То есть должны быть не просто какие-то заявления и обеспокоенность, а должны быть конкретные шаги конкретных государств в ответ на агрессию против территориальной целостности либо государственного суверенитета Украины. Это должно быть не только предоставление Украине дополнительных видов вооружений, материальной, экономической помощи. Но и участие в защите территориальной целостности Украины вооруженных сил тех стран, которые будут гарантами нашей безопасности. Только это будет мощным сдерживающим фактором в отношении Российской Федерации.

— Не станет ли подобная гарантия безопасности возможностью для Российской Федерации напасть на условную страну НАТО или Европейского Союза?

— Вероятность того, что Россия возьмет на себя глупость войти в реальную войну со страной НАТО ничтожно мала. Это не что иное, как бряцание оружием, психологическое давление.

Просто потенциал Российской Федерации не сравним с потенциалом военным, экономическим стран-членов НАТО. Поэтому Российская Федерация, если даже примет решение вступить в войну с какой-то страной НАТО, потерпит поражение очень быстро и очень сокрушительно. И я думаю, что в Москве, в Кремле это прекрасно понимают.

Поэтому эти страшилки, эти угрозы, которые звучат из уст многих руководителей Кремля, являются только психологическим воздействием на страны НАТО, которые ни к чему на самом деле не приведут.

— В состав рабочей группы по разработке гарантий безопасности входят представители конкретных государств. Означает ли это, что эти страны, в том числе, станут гарантами безопасности для Украины?

— Вероятность очень велика, но она не стопроцентная. В работе участвуют страны, которые являются противниками войны, которую развязала Российская Федерация. А в процессе переговоров, дискуссий и консультаций мы придем к какому-то знаменателю. И вероятность того, что страны, которые уже сейчас являются членами этой рабочей группы, станут гарантами нашей безопасности, достаточно велика.

— Есть ли опасения, что страны-гаранты не захотят раздражать Российскую Федерацию и не подпишут договор о гарантиях безопасности в последний момент?

— Нужно еще раз напомнить, что Российская Федерация ведет гибридную войну. Одной из составляющих является информационная война и теневая война за благосклонность разных политиков. И эти теневые взаимоотношения лидеров РФ с представителями западного политического истеблишмента часто влияют на окончательное решение тех либо иных стран. Поэтому мы должны быть готовы к любым развитиям событий.

Но думаю, что эти ужасы, военные преступления РФ, которые сейчас видит весь цивилизованный мир, будут очень мощным стимулирующим фактором. И политикам будет очень сложно объяснять своим избирателям, почему они принимают решения, которые могут спровоцировать повторение таких ужасов в будущем.

Поэтому в совокупности на данный момент у нас есть очень оптимистичные ожидания по поводу будущих гарантий безопасности. И я думаю, что при заключении уже конкретных договоров, будут минимальные риски отступления от тех обязательств, которые иногда сейчас звучат из уст руководителей Европейского Союза и иных западных стран.

Прямой эфир